Внешне благополучная японская семья начала прошлого века – на самом деле не то, чем она кажется. Успешный врач Юкио, пользующийся уважением всей округи, женится на странноватой девушке Рин, с которой познакомился случайным образом у реки, и которая не помнит кто она и откуда. Его родители подобный брак осуждают, хотя и слабо пытаются скрыть сей факт. Скрывают они и кое что еще, периодически оговариваясь и тут же умолкая. Однако рассказать всю правду о происхождении сына они не успевают, погибнув от столкновения с каким-то костюмированным уродцем, который ну очень уж похож на главного героя, но им не является. А как показывает практика, если кто-то на кого-то похож и им не является, то это скорее всего будет его брат-близнец потерянный в детстве. Так оно и есть, и зовут его - Сутекити.
( Read more... )

Этот фильм окончательно обозначил международное признание Миике, по крайней мере на уровне фестивалей. В след за «Живым или мертвым» и «За гранью дозволенного», «Прослушивание» обозначило последний штрих в иероглифе «Миике – большой и самобытный режиссер». Если какие-то фильмы и раньше выезжали за пределы Японии, то «Прослушивание» выиграло призы на разных фестивалях, в том числе и на лучшем фестивале в мире – в Роттердаме, а также даже было в прокате в целой куче стран. Одно время на imdb комментарии пользователей открывались одной фразой: «WOW!» и это было действительно «УАУ!».
История о том, как один мужчина, потерявший жену и живший один с сыном, решает найти себе супругу. Ради этой цели он пользуется своей дружбой с одним киношником, который и устраивает ему целый поток девушек под прикрытием прослушивания на съемки картины. По иронии судьбы, понравившаяся ему девушка похищает своего «избранника» и начинает пытки. Сценарий написал один из нашумевших и, по-моему мнению, действительно интересных и талантливых современных японских писателей – Рю Мураками.
В этой картине Миике резко отказывается от своих прежних идеологических наработок в пользу новых мыслей и решений и на новом поприще играет просто превосходно. Тут почти нет якудза, насилие тут, конечно же, присутствует, но точечное. Фильм по большому счету вообще камерный, а история – это такой разряд генератора Ван Дер Граафа между двумя накаленными, оголенными проводами безумного одиночества.
Вообще, чем меньше рассказывать об этом фильме – тем лучше. Там под конец там есть еще такой хитрый сюжетный кульбит, что измученный зритель обязательно вздрогнет. И уж обязательно долго будет в его голове звучать безумные слова «глубже, глубже, глубже...».

Один из самых сильных фильмов не только этого периода, но и вообще в творчестве Миике. После ряда удивительных по своей отвратности и убогости картин, вроде «Сильвер», режиссер возвращается к своим излюбленным темам в самой, что ни на есть, отточенной и мощной форме. Кстати, о форме. Начало картины уже стало практически классикой для современных японских якудза-боевиков в плане того, как можно с помощью монтажа и всего пары предложений рассказать всю завязку сюжета за несколько минут и при этом оказаться оригинальным, снимая по куче фильмов в год примерно на одну и ту же тематику.
Одновременно, под довольно энергичную музыку, показывается сразу пять историй. Три убийства, известие о них и прибытием полицейского на место преступления. У каждой истории есть начало, развитие и финал. Первые секунды зритель, на которого вывалили эту мощную нарезку кадров может почувствовать недоумение и путаницу, но к концу начала все кусочки выстраиваются и история начинается.
( Read more... )

На этот раз более чем коротко. Дело в том, что фильм «Сильвер» - откровенное фуфло. Это вроде еще не так ужасно, чтобы быть смешным и нелепым, как это работает во многих чудесных малобюджетных трэш-картинах, но уже и внимательно и серьезно смотреть ЭТО невозможно. По сути, картина стала резким возвращением для Миике к режиссерской «видео-эре». Об этом говорит как общее низкое качество содержания отснятого материала, так и сотрудничество с практически никаким сценаристом Хисао Маки, который вообще написал в этот раз один из худших сценариев в своей жизни.
В центре картины – не по-японски полногрудая и фигуристая каратистка, которая в прошлом работала на ФБР, потом занималась спортом, а теперь оказалась завербованной в организацию, главная цель которой – уничтожать больных и безумных преступников – мутанта с бензопилой или садо-мазо «доминатрикс», разгуливающую ( Read more... )

По сути, третья трилогия о Синдзюку, начатая картинами «Сообщество триад Синдзюку» и «Мокрый пес». Конечно, это деление весьма и весьма условно, так как темы, которыми объединены эти картины, насквозь пронизывают практически любой фильм Миике, разве что за редким исключением. Однако, так принято, да и, по большому счету, «За гранью дозволенного» является квинтэссенцией раннего творчества Такаси Миике.
Несколько молодых парней, которые нахватались криминальных приключений у себя в деревне, решают отправиться в большой город, чтобы подняться по социально-криминальной лестнице еще выше. Там они встречают проститутку, которую, конечно, притесняют все, кто только может, с ней они объединяются и начинают свой нелегкий, кровавый, смертельный путь по жестоким улицам токийского квартала Синдзюку, куда я никому бы не посоветовал, поехать после стольких-то просмотренных фильмов.
( Read more... )

В своем следующем фильме Миике не только не собирается бросать тематику чужестранца в чужой стране, развитую в фильме «Мокрый пес», но и, если в том фильме эта тема была чем-то вроде подкладкой, холстом, на которой он создал полную трагизма историю, то в картине «Люди-птицы в Китае» она выходит на первый план, делая двух основных героев – ученого и якудза – инструментом, на которых он историю эту и рассказывает.
Фильм «Люди-птицы в Китае» гораздо проще по восприятию, чем почти все, что режиссер наснимал до этого хотя бы потому, что Миике пошел на упрощение нарративной формы картины и часть моментов прояснил посредством аудио-дневника главного протагониста фильма – паренька Вада. В самом начале картины он наговаривает на диктофон небольшую речь, из которой можно понять, что его послали в Китай искать жадаитовые копи, заменив в последний момент другого человека, который должен был ехать и был к этому больше готов, а Вада вообще ничего об этих камнях не знает. ( Read more... )